Фридрих тепло улыбнулся. Эта девочка, девушка была удивительно милой и трогательной. Совсем нежной и невинной в этой свободной ночной рубашке.

Даже была некоторая прелесть в том, что она скрывала все тело. В женщине должна быть тайна, загадка.

Осторожно он обнял девушку. Та чуть вздрогнула, когда уверенные мужские руки откинули волосы, и ее покровитель поцеловал в шею.

- Ну же, моя хорошая, не бойся. Я не сделаю тебе ничего плохого.

- Я не боюсь.

Твердость в голосе тоже порадовала императора. Это хорошо, что не боится. Он потянул завязки на шее, и ночная рубашка упала к ногам юной красавицы.

Фридрих обомлел.

Тело девушки было туго стянуто ремнями сложного корсета. Лиф вызывающе подчеркивал маленькую девичью грудь, на маленьких трусиках с разрезом явно было предусмотрено крепление.

- Я не боюсь, - повторила она твердо. - Его превосходительство герр Гриммельсгаузен был так любезен, что проинструктировал меня как себя вести, чтобы произвести на вас впечатление.



В девстве юной фаворитки кайзер не сомневался. Этот аспект явно проверяли, но ее открытость, смелость и готовность к экспериментам, безусловно, оказали должный эффект. Да и в общем дать ей возможность самой решать что и как будет происходить в их первую ночь - явно поможет избегнуть ненужных девичьих стрессов. Надо только чуть подыграть.

- Госпожа разрешит мне раздеться? - Фридрих ободряюще улыбнулся. Когда он был помоложе такая улыбка помогала собеседницам расслабиться. Видимо сработало и в этот раз. Чуть замявшаяся от странности происходящего девушка расслабилась и доверчиво улыбнулась в ответ.

- Разрешаю.

Фридрих был достаточно опытным мужчиной, чтобы понять, что обладательницы такого мягкого голоса часто являются самыми несгибаемыми особами.



Утром, сползая с кровати и потирая ноющую задницу, Фридрих тихим незлым словом помянул старого приятеля. Фаворитка училась упоительно быстро,