+++
— Ну что застыл истуканом? Подойди, познакомься! Ты глянь, какие ножки! И как она в тебя глазами стреляет!
— Охохонюшки, ну стреляет, ну и что? Ты думаешь, она видит тебя? Она твою славу видит, ничего больше.
Юлиан проводил взглядом бойкую девицу в мини-юбке, продефилировавшую по парковой дорожке мимо его скамейки, и вернулся к хозяйственным записям, всунутым ему для ознакомления Кассельном.
Две полупрозрачные фигуры за его плечами вернулись к бездеятельному созерцанию окрестностей. Ян привычно задремал, опираясь на воздух, как на подушку, и прикрыв глаза береткой. Джоб тоже временно угомонился, принявшись высматривать новую цель.
Ни Юлиан, ни кто-либо еще, его добровольных советчиков не видел, и, похоже, не слышал тоже, но те оба надеялись, что хоть минимальное воздействие и пользу они своему подопечному приносят.

+++
— Что стоишь? Врежь ему! Неужели будешь слушать, как поносят дело жизни твоего опекуна?
— Успокойся и подумай: принцип демократии в том и заключается, что каждый может открыто и свободно высказать свое мнение. И кулаками проблемы не решаются, а только множатся.
Юлиан отошел от задних рядов недовольно гудевшей толпы, окружавшей подвыпившего оратора у барной стойки. Похоже, желающие объяснить, что тот неправ здесь и без него найдутся.

+++
— Ну выпьешь рюмочку, ребят уважишь, что в этом плохого?
— Не забудь, что завтра с утра у тебя совещание с безопасниками, да и Карин возвращается с учений. И какая рюмочка? Это же розенриттеры.
Юлиан вздохнул. Друзей, предложивших обмыть новоселье (им с Карин выделили отдельный домик в парковой зоне), обижать не хотелось. Но и участвовать в бурном загуле тоже.
Поэтому он выбрал компромисс — пригласил всех к себе, там они никому не помешают. Да и до ближайшего магазина со спиртным далековато.
Вот только не учел, что розенриттеры всегда готовы к возможным трудностям.

+++
— Беги!
— Беги!
От двойного вопля дремавшего над тарелкой Юлиана подбросило.
В дверях подбоченившись стояла Карин, недобрым взглядом осматривавшая их еще вчера чистый и уютный дом.