Стук в дверь.
– Господин генерал-губернатор, к Вам Ян Вэньли.
Пребывающий в крайнем смятении и раздражении после инцидента на Урваши, Оскар фон Ройенталь не был в настроении принимать посетителей.
– Скажите ему, пусть придет позже.
– Он… – адъютант замялся, – он предвидел, что Вы скажете это, и он настаивает…
Едва слышно пробормотав проклятье сквозь зубы, Ройенталь развернулся от окна к двери.
– Ладно, впустите.
Ян Вэньли, одетый в гражданскую одежду – он больше не был военным – остановился посреди кабинета, перед столом губернатора. Выглядел он, как всегда, спокойно – в противовес душевному состоянию Ройенталя.
– Генерал-губернатор, до меня дошли слухи, что Вы собираетесь воспользоваться ситуацией с покушением на Императора и готовите мятеж…
– Неужели?
– Да. Могу ли я попытаться отговорить Вас от этого?
На самом деле, Оскар фон Ройенталь ненавидел доброту. Она раздражала его, несмотря на дружбу, в Миттермайере, когда-то раздражала в Зигфриде Кирхайсе, и вот теперь – в Яне Вэньли. Оскар фон Ройенталь ненавидел доброту, потому что ничего не мог ей противопоставить. Перед добротой он становился беззащитным, как младенец.
Так он не понял, каким образом Яну удалось уговорить его выпить наедине в закрытом кабинете. Выбор алкоголя остался на усмотрение Ройенталя, поэтому бокалы оказались наполнены красным вином.
Так же Оскар не понял, после какого бокала вино и накопившийся стресс развязали ему язык настолько, что он начал говорить. Вряд ли он позволил бы себе такое с чужим человеком. Но с Яном они работали вместе уже больше года – и стали друг к другу привыкать.
– Как он мог даже подумать, что это я организовал покушение на него… – Ройенталь с такой силой сжимал пальцами ножку бокала, что, казалось, она вот-вот сломается. – После всего, что я делал для него, для становления его власти. Не спорю, когда-то в моей голове обитали самые разные мысли, но мне казалось, что я освободился от этого… до настоящего момента.
– Ни Вы, ни Император не хотите говорить друг с другом, но считаете, что война способна решить все ваши внутренние проблемы? – сидящий в кресле напротив Ян хмурился.
– Это вопрос самоуважения! Вопрос чести, в конце концов!
– Но вы не найдете ответы на эти вопросы в кровопролитии. Как не найдут ответа и те сотни тысяч людей, которые будут погибать в бою за Ваши идеалы.
«Да что ты знаешь об этом…» – захотелось вскричать Ройенталю. Но, вскинув голову, он столкнулся с неожиданно твердым взглядом темных глаз – и осекся.
В том взгляде он будто увидел отражение тех самых сотен тысяч людей, жителей бывшего Союза Свободных Планет, а ныне Новых Земель, которые смирились, и поверили в генерал-губернатора, потому что больше им ничего не оставалось.
А затем Ройенталь вдруг вспомнил, чего стоило самому Яну Вэньли, пусть и неофициально, принять обязанности его консультанта. Смириться с новой властью и стать частью ее, «пить не ту воду», как саркастично говорил, якобы цитируя самого Яна, Император.
Поговаривали, что до Вермиллиона Ян Вэньли собирался жениться. Но впоследствии, приняв предложение Императора, отчего-то передумал. И теперь в его глазах были лишь сотни тысяч людей, ради которых он предпочел променять тихую и беззаботную отставную жизнь.
Кажется, вино совсем ударило в голову.
– У Вас руки дрожат, – насмешливо произнес Ройенталь, бесцеремонно накрывая своей ладонью лежащую на столе ладонь Яна.
А в следующий момент с ужасом осознал, что, на самом деле, дрожит его собственная рука.
– Нет, – тут же подтвердил его догадку Ян, – у Вас.
И, мгновение поколебавшись, накрыл второй своей ладонью дрожащую руку Ройенталя. Спокойно и уверенно. Но зачем? Очередной жест убеждения?..
Ну и пусть. Сейчас Оскар просто сидел неподвижно, вглядываясь в лицо перед собой, которое будто увидел впервые. Молча впитывал от сидящего рядом человека мягкую спокойную уверенность. И доброту, перед которой был беззащитен, как младенец…

Пару дней спустя Император Райнхард фон Лоэнграмм получил официальное письмо от Оскара фон Ройенталя, генерал-губернатора Новых Земель:
«Мой Император! Данным посланием я опровергаю свою причастность к покушению на Вашу жизнь на планете Урваши. Но, осознавая большую долю своей ответственности за данный инцидент, предоставляю Вам свои объяснения по поводу случившегося…»

Зарождающееся пламя мятежа погасло.