Копаться в чужих вещах некрасиво, но стоящий на стуле саквояж приглашающе открыт, а любопытство присуще не только кошкам. Возможно, Оскар действительно собирается пожить пару недель у дяди, пока не вернётся отец, но дворецкому в это не слишком верится. Ну так и есть. Под аккуратно сложенными брюками и рубашками лежат поношенная тёмная куртка, штаны и рубашка, какие носят небогатые горожане. И здесь же — пара упаковок цветных линз, блокнот с ручкой и любимая книга мальчика. Между страниц выглядывает краешек банкноты. Значит, всё-таки решил сбежать из дому. Хотя какой это дом для Оскара фон Ройенталя? Дом — это место, где тебя любят, ждут, где ты нужен. А кому нужен тринадцатилетний мальчишка? Куда он пойдёт? Что знает и умеет? Он и в школу-то не ходил, занимался дома. А в столице жизнь дорогая, денег надолго не хватит.
Дворецкий осуждающе качает головой, вспоминая последнюю ссору отца с сыном, и выходит из комнаты. Вовремя — мальчик как раз закончил завтракать. Он выглядит чуть более взволнованным, чем обычно при визитах к Марбахам, собранным и напряжённым. Но это если хорошенько присмотреться или знать с пелёнок.
Ничего. Оскар знает, что делает. Он мальчик гордый, побираться не станет и сам домой не вернётся. И умный, образованный, сильный, ловкий, выносливый. Не пропадёт.
- Когда прикажете подавать машину?
- Через полчаса.
Ровно через полчаса тщательно причёсанный, одетый в свой любимый костюм Оскар фон Ройенталь с саквояжем в руке спускается по ступенькам к предупредительно распахнутой дверце автомобиля. Он редко оглядывался назад. Не оборачивается и сейчас.
Перед сном дворецкий долго молится асам, прося у них удачи для беглеца. Пусть будет жив и здоров, пусть будет счастлив хоть на Феззане, хоть в Альянсе. А сотня рейхсмарок — дело наживное.