— Герр Пауль! Подождите!
Оберштайн повернулся на звонкий окрик и замедлил шаг.
— Слушаю, Ваше Высочество, — точно выверив в голосе необходимую норму теплоты, спросил он, дождавшись, пока юноша его нагонит.
К сожалению, осадить фон Лоэнграмма ровным отношением было невозможно, особенно, если тот видел цель.
Удивительно, что принц был один, без своего более рассудительного друга. Обычно, Феликс не отставал от него ни на шаг.
Оберштайну не нравилось такая компания, да и сам Феликс уже в юном возрасте внушал скорее опасение, чем доверие.
"А теперь вы мне расскажете, как все было на самом деле", — ультимативно сказал тот несколько лет назад. Воспитанный Миттермайерами фон Ройенталь с легкостью выдержал дуэль взглядов, а сам Оберштайн так и не смог понять к каким выводам пришел мальчик.
— Вы же обещали обращаться ко мне по имени, когда другие не видят, — кронпринц смешно наморщил нос, став не почти-совершеннолетним-юношей, а совсем еще ребенком.
— Как прикажете, Зигфрид, — Оберштайн склонил голову в легком поклоне.
— Все называют меня Алеком. Только вы — Зигфридом, — принц сначала нахмурился, а потом рассмеялся заливистым громким смехом. — Мне нравится быть названным в честь Кирхайса! Он был великий человек и храбрый воин.
— Вы хотели поговорить со мной о происхождении имен? — Оберштайн позволил себе тень улыбки и, не спросив разрешения, продолжил путь. Такое поведение не соответствовало протоколу, но и называть кронпринца вторым именем было прямым нарушением негласной традиции двора.
— Постойте же! — Зигфрид нетерпеливо дернул его за рукав. — У меня важный разговор.
— Я внимательно слушаю, вас... Зигфрид, — со всем почтением ответил Оберштайн. Больше серьезных разговоров с кронпринцем он боялся только измены Феликса. Для остальных проблем была политика.
— Я готов отдать вам свой смех, герр Пауль. Я не шучу. Феликс дал почитать про Тима и его смех, — преувеличенно серьезно Зигфрид потряс у Оберштайна перед носом книгой. — Все очень похоже на вас. И глаза, и лицо...
— Вы хотите сказать, что я мелкий средневековый демон? — Оберштайн задрал бровь, надеясь, что выглядит устрашающе, но должный эффект достигнут не был.
— Тогда рассмейтесь. Или вы не можете? — Зигфрид упрямо свел брови, став очень похожим на отца. Даже волосы так же непослушно торчали в разные стороны.
— Могу. Просто не считаю нужным, Ваше Высочество, — еще не хватало идти на поводу у детских капризов.
Услышав изменившиеся обращение, Зигфрид мгновенно надел маску легкой дворцовой скуки и, осмотревшись, помахал рукой показавшемуся в конце анфилады гувернеру.
— Теперь вы знаете, что подарить мне на день рождения, Ваше Превосходительство. Ваш смех, — быстро проговорил он, завершая разговор.
— С Императором Райнхардом было проще, — парировал Оберштайн. — Он хотел всего лишь галактику.
— Дети должны превосходить своих родителей, — во взгляде мальчика был замерзший лед непоколебимой уверенности в себе. — Мне нужно гораздо больше.