— Почему вы закрыли меня собой?
— Потому что мальчик к вам привязан. Вы ему необходимы.
— Он уже не мальчик!
— Тем более. В этом возрасте молодые люди нуждаются в том, кому будут доверять, на кого захотят равняться. Я на эту роль не подхожу.
Под писк мониторов Райнхард мечется по палате, как тигр по клетке, бессмысленно трогая то склянки с лекарствами, то спинку кровати, то лист фикуса на подоконнике.
— Но почему меня, а не Эрвина Йезефа?
— Потому что у него имеется надежная охрана.
— У меня она тоже есть!
Молчание в ответ раздражает, Райнхард дергает плечом, морщится:
— Больше не смейте так делать!
— Не думаю, что такой случай еще представится.
— Выздоравливайте, — Райнхард выдавливает это недовольно, отворачиваясь к окну, и не видит, как Оберштайн слабо одними уголками губ улыбается.