Райнхард фон Лоэнграмм обвел грозным взглядом призрачное воинство и спросил:
- И что это всё значит?
Из-за спины Кесслера, стоящего в третьем ряду, взметнулась худая рука болтающаяся в рукаве подозрительно знакомой формы зеленой расцветки. Рука покачалась в людском море, как поплавок на волнах, выглядывая то с правого плеча шефа полиции, то с левого, заметила, что её увидели и исчезла. Спустя пять минут владелец руки пыхтел, протискиваясь между бледным как полотно Миттермайером и подозрительно спокойным Линцем.
- Адмирал Ян!
Веньли помог подняться на ноги потерявшему равновесие Аттенборо. И так тощий как щепка, Дасти стал еще худее, но на крепкие объятия сил не пожалел. Ян крякнул от неожиданности и успокаивающе похлопал младшего товарища по спине.
- Я надеялся, что вы не станете торопиться к нам на свидание, - пробормотал Вэньли.
- Мы б не торопились, если б нас не торопили.
Райнхард, не прекращая гипнотизировать застывшую толпу взглядом, поинтересовался:
- И кто же вас всех торопил?
Дасти пожал плечами.
- Секта какая-то.
- Терраисты?
- Нет, этих мы всех истребили. Новые какие-то, совсем дурные, бесшабашные, и лозунги у них странные. Меня когда на эшафот повели, толпа кричала что-то вроде "Слава Танаке"! У вас в Рейхе есть какие-нибудь известные "Танаки"?
- Не помню таких, - дико засипел стоящий во втором ряду Вален, аккуратно потирая темные следы от пальцев на шее.
- Надо дождаться Мюллера, - уверенно сказал Кайзер.
- Не стоит - он сидел со мной в одной камере и света белого не видел. Это надо Фернера ждать. Его, как я слышал, эти чертовы танакисты пока не нашли.